«Путь разный»: чем же всё-таки «паска» отличается от «пасхи» — ребус решила лингвист Зорина
Интересное происхождение двух похожих слов.
Каждую весну, когда на прилавках появляются первые куличи, а в воздухе пахнет весной, миллионы людей задаются одним и тем же вопросом. И дело тут не в рецепте.
Вопрос лингвистический, но от этого не менее острый: что такое пасха и почему паска звучит так похоже? И главное — зачем мы покупаем в магазине кулич, но часто называем его пасхой?
На первый взгляд кажется, что разница есть только в произношении. Но если копнуть чуть глубже, выяснится, что за этими словами скрываются два совершенно разных мира — творожный и сдобный. И у каждого из них своя история, свой символизм и своя география.
В беседе с порталом DAY.RU к.ф.н., доцент Кафедры русского языка СПбГУ, руководитель Лингвистической клиники СПбГУ Екатерина Зорина и студент Лингвистической клиники СПбГУ Александр Маттис объяснили все нюансы этого языкового парадокса.
Два блюда на один праздник
Когда христианство пришло на Русь, вместе с новой верой люди переняли и традицию особого праздничного застолья. Главным событием, конечно, была Пасха — Светлое Христово Воскресение. И появились два главных угощения, которые мы путаем до сих пор.
Первое — это пасха. В классическом, правильном понимании это блюдо из творога. Оно делается в специальной разборной форме — пасочнице — и получается в виде усеченной пирамидки.
Творожная масса, часто с изюмом или цукатами, украшается буквами «ХВ» (Христос Воскресе), изображениями креста или копья. Её белый цвет и строгая форма отсылают к Голгофе, а рисунки напоминают о страданиях и Воскресении. Это блюдо — символ глубокий и древний.
Второе — это кулич. Высокий, цилиндрической формы хлеб, который мы привыкли видеть на каждом столе. Это не просто сдоба с изюмом и глазурью. У кулича есть важный духовный «родственник» — артос.
В церковной традиции артос — это особый хлеб, который освящают в первый день Пасхи и который напоминает о хлебе, оставляемом апостолами для незримо присутствующего Христа.
Кулич, по сути, народная, домашняя версия этого хлеба. С той лишь разницей, что мы делаем его сладким, с добавками и щедрой шапкой глазури.
Так почему же тогда творог — это пасха, а хлеб — это кулич? Казалось бы, всё просто. Но русский язык любит головоломки.
Откуда взялась «паска» и почему она всё запутала
А теперь самое интересное. Дело в том, что слово «паска» (с ударением на первый слог) существует и активно используется. Но в разных регионах оно означает совершенно разную еду.
Несмотря на общее происхождение, пути развития названий традиционных блюд получились разными. В русском языке есть два слова для называния народной версии артоса и треугольного творожного блюда: кулич и пасха соответственно.
Паска же — слово белорусско-южнорусское, которым называют оба блюда. Для уточнения, о какой именно паске идет речь, о паске-куличе или паске-пасхе, в украинском языке дается уточнение: сирна паска (творожная паска), паска-кулич же как правило идет без уточнения, просто как «паска».
Интересно, что для белорусской традиции пасха как блюдо в целом не характерно, потому там и не возникает путаницы в названиях. Для белорусов паска — это всегда сдобный хлеб, русский кулич.
Получается интересная картина. Для жителя центральной России кулич — это кулич, а пасха — это творог. Для украинца паска — это, скорее всего, сдобный хлеб, но если речь о твороге, скажут «сирна паска».
А белорус вообще удивятся, если вы предложите ему съесть паску из творога: для него это исключительно сладкий хлеб под глазурью.
Почему мы называем кулич пасхой?
И всё-таки главный вопрос остаётся. Даже те, кто знает про творожную пасху, часто идут в магазин и говорят: «Мне ту пасху, которая с глазурью». Откуда взялась эта стойкая привычка?
Ответ лежит на поверхности и связан с магией языка. Главный герой праздника — это Пасха. Это слово звучит отовсюду, оно на слуху. В сознании человека возникает простая и логичная цепочка: праздник Пасха — значит, еда на праздник — значит, «пасхальный хлеб».
Слово «пасхальный» со временем сокращается, и хлеб сам превращается в «пасху».
Творожное же блюдо, при всей его древности и символичности, встречается в современной городской жизни реже. Кулич же — массовый, народный, доступный.
Именно он стал главным визуальным символом праздника. И язык, как живой организм, просто перенёс название праздника на самый популярный его атрибут.
Поэтому, когда в следующий раз кто-то скажет «испечь пасху», можно уточнить: творожную или сдобную? А можно и не уточнять, а просто порадоваться, что в нашем языке столько хитросплетений.
Главное, чтобы на столе было вкусно, а «Христос Воскресе» звучало искренне, независимо от того, какую выпечку мы поставим в центр праздника.