Нашли особенное место в Москве: османский Стамбул в двух шагах от бульварного кольца

Москва — город бесконечных открытий. Кажется, что Тверскую, Петровку и бульвары знают все. Но стоит свернуть в неприметную арку — и вдруг оказываешься в совсем другой реальности.

Это Крапивенский переулок. Всего двести тридцать метров длины, а внутри — и Константинополь, и наполеоновский штаб, и купеческая Москва, и древний храм с реликвией, равной которой в столице больше нет.

Откуда крапива в центре Москвы

Название у переулка неблагородное, зато живое. Крапивенский. Сегодня трудно представить, что когда-то на месте этих дорогих домов и ухоженных дворов росли заросли жгучей травы.

Место действительно было глухим, окраинным. По другой версии, название пошло от фамилии домовладельца Алексея Крапивина, который владел тут землёй в восемнадцатом веке.

Как бы то ни было, имя прижилось, а вместе с ним — характер неухоженного, но очень душевного московского закоулка.

Главный сюрприз: Константинопольское подворье

Самый яркий эпизод крапивенской истории начинается с дома номер 4. Это целый архитектурный ансамбль, который выделяется даже на фоне пёстрой московской застройки.

В центре — церковь Сергия Радонежского. Первое упоминание о ней относится к концу шестнадцатого века. Каменное здание, которое стоит сегодня, построили в 1678 году в стиле русского барокко. Но самое интересное случилось позже.

В 1883 году храм передали Константинопольскому Патриархату. Представить себе эту ситуацию: в самом сердце православной Москвы появляется официальное представительство главы православного мира из Стамбула.

Тогда ещё Константинополя. И это не просто формальность. Вокруг церкви архитектор Сергей Родионов возводит три жилых корпуса. И тут начинается полная неожиданность.

Фасады этих домов украшены восточными, исламскими орнаментами. Стрельчатые арки, затейливая вязь, отсылки к османской архитектуре. Зачем греческому подворью в Москве мусульманский декор?

Ответ остроумный и грустный одновременно. Патриарх Константинопольский находился на территории Османской империи, и это архитектурное решение должно было напоминать о его реальном, непростом положении.

Греческое подворье в Москве — кусочек Византии, которой уже не было, завёрнутый в турецкую обёртку. Это выглядит странно, но именно в этой странности и заключается уникальность переулка.

Внутри храма хранится Кийский Крест. Реликварий семнадцатого века с частицами мощей ста четырёх святых. Подобного собрания в Москве больше нет.

Дом во дворе: где ночевал начальник штаба Наполеона

Крапивенский переулок хранит память и о событиях гораздо более драматичных. В глубине дворов, там, куда редко заглядывают случайные прохожие, сохранился дом.

В 1812 году, когда Москва горела и была оккупирована французами, в этом здании располагался штаб маршала Луи-Александра Бертье. Начальника штаба самого Наполеона.

Это трудно себе представить сейчас, когда из переулка открывается вид на Петровский бульвар, когда рядом шумят машины и работают кафе.

Но два века назад здесь стояли французские часовые, офицеры в расшитых мундирах обсуждали карты, а где-то неподалёку, в Кремле, находился сам император.

Бертье выбрал это место не случайно: тихий переулок, удобный выезд к центру, возможность быстро передавать приказы. Дом пережил пожар, перестройки, смену эпох и стоит до сих пор. Только таблички на нём нет.

Особняк, который помнит художников и чайных королей

Дом номер 3 — двухэтажный ампирный особняк, построенный сразу после московского пожара 1812 года. Выглядит он достойно, но без лишней пышности.

В 1840-х годах здесь жил Иван Николаевич Иванов. Человек с негромкой, но важной фамилией для московской культуры. Иванов был художником-декоратором императорских театров.

Именно он создавал декорации для Большого и Малого театров. Сцена, занавес, иллюзия другого мира — всё это руками обитателя Крапивенского переулка.

Позже особняк перешёл к семье Катуаров. Французская фамилия, русская душа и огромные деньги на чае и вине. Катуары были купцами, каких Москва помнит до сих пор.

Их торговые дома снабжали лучшими чаями и благородными винами всю страну. И вот они жили в скромном (по купеческим меркам) особняке в Крапивенском переулке.

Угловой дом с театром и врачом Льва Толстого

На пересечении с Петровкой стоит дом номер 2/26/27. В дореволюционные времена он был доходным. То есть в нём сдавались квартиры, а на первых этажах работали магазины и конторы.

Здесь располагались издательства, печатавшие книги для всей Москвы, и театр-варьете — лёгкое, почти мюзик-холльное развлечение для публики, которой хотелось отвлечься от тяжёлых будней.

Но самое интересное — это люди. В одной из квартир жил Фёдор Петрович Гааз. Тот самый доктор Гааз, легенда московской медицины, который посвятил жизнь помощи заключённым и бедным.

Он лечил Льва Толстого. Мог зайти к любому больному, не спрашивая денег. Его называли «святым доктором». И его квартира была здесь, в Крапивенском переулке. Рядом с театром, издательствами и суетой большого города.

Чего там делать сегодня

Крапивенский переулок — настоящий подарок для тех, кто устал от хрестоматийных туристических маршрутов. За пятнадцать минут можно увидеть древний храм с восточными фасадами, заглянуть во дворы, где стоял наполеоновский штаб, и пройти мимо дома, в котором жил человек, лечивший Льва Толстого.

Лучше всего приходить сюда в будний день, когда не слишком много людей. Рассмотреть резные наличники, заглянуть в арки, постоять у церкви Сергия Радонежского.