Самый высокий дореволюционный «небоскрёб» Москвы: забытый гигант в Милютинском переулке
Город менялся, технологии уходили вперёд, а этот дом так и остался без судьбы.
В Москве до сих пор стоит самый высокий дореволюционный «небоскрёб», который никогда не был ни гостиницей, ни доходным домом. Его строили не для жизни, а для голосов — здесь город впервые начал говорить сам с собой.
Речь идёт о здании Центральной телефонной станции в Милютинский переулок, дом 5.
Сегодня оно выглядит как молчаливый исполин в центре столицы, но ещё сто с лишним лет назад именно отсюда расходились тысячи телефонных линий по всей Москве.
Когда телефон стал делом государственной важности
К началу XX века Москва резко выросла — и вместе с ней выросла потребность в быстрой связи.
Телефон перестал быть диковинкой для избранных и превратился в стратегическую инфраструктуру.
Чтобы навести порядок в этой сфере, правительство объявило торги. Победителем стало Шведско-датско-русское акционерное общество, получившее концессию на развитие и эксплуатацию городской телефонной сети.
Для нового центра связи выбрали участок в тихом Милютинском переулке — месте, где технический гигант не спорил бы с исторической застройкой, но при этом оставался в самом сердце города.
Дом, который вырос выше всех
Строительство шло в 1907—1908 годах по проекту архитектора Отто фон Дессин. Он спроектировал здание без декоративной роскоши — строгое, кирпичное, подчёркнуто функциональное.
Девять этажей — по тем временам почти немыслимая высота. Фактически это был самый высокий дом Москвы, настоящий «небоскрёб» дореволюционной эпохи.
Его вертикаль выделялась на фоне доходных домов и особняков, а сам факт существования такого здания говорил: технологии меняют город.
Любопытно, что внутри были лифты — редкость даже для столичных построек начала века.
Как Москва разговаривала вручную
Внутри станции располагались огромные залы с коммутаторами и длинные ряды телефонисток. Все соединения выполнялись вручную:
— один звонок,
— один провод,
— одно живое соединение.
Работа требовала абсолютной концентрации. Телефонисток подбирали по слуху, дикции и выдержке. Тишина была обязательной — любой лишний звук мешал работе.
По сути, это было сердце городской коммуникации, где каждую минуту решались дела, назначались встречи и передавались срочные новости.
Здание, пережившее революцию и войну
Телефонная станция пережила революцию, смену власти и войну. Во время Великой Отечественной связи такого уровня считались стратегическим объектом — здание охраняли, а его работа не прекращалась.
В советское время здесь долгие годы размещалась Московская городская телефонная сеть.
Назначение дома почти не менялось — редкий случай для Москвы, где здания часто переосмысливают до неузнаваемости.
Почему сегодня оно молчит
В начале 2010-х здание признали объектом культурного наследия и освободили для реставрации.
Однако работы быстро заморозили. Дом продали, а обещанное восстановление так и не началось.
Сегодня бывшая Центральная телефонная станция стоит заброшенной — без вывесок, без света в окнах и без ясных перспектив.
Парадоксально, но один из самых технологичных домов своей эпохи оказался не нужен в веке цифровой связи.