«Чарующе»: почему москвичи назвали два особняка именем случайных арендаторов — парадокс Васильчиковых

В Москве есть два особняка, которые объединяет одна фамилия — Васильчиковы. Только вот парадокс: в одном из них Васильчиковы жили, но никогда не были хозяевами, а в другом — были полноправными владельцами, но прославили его совсем другие люди.

Оба дома стоят до сих пор, и у каждого — своя уникальная история, полная тайн, великих имен и неожиданных поворотов.

Дом, где Гоголь читал свои первые главы, а Булгаков писал «Белую гвардию»

На Большой Никитской, 46/17, стоит особняк с чугунным балконом, который москвичи упорно называют усадьбой Васильчиковых. Хотя на самом деле эта семья никогда им не владела. Просто в середине XIX века они сняли здесь квартиру и превратили дом в один из самых ярких литературных салонов старой Москвы.

Хозяйкой салона была княгиня Александра Васильчикова — женщина удивительного ума и такта. У нее собирались все: западники и славянофилы, литераторы и художники, чиновники и военные.

Здесь спорили до хрипоты, читали стихи, обсуждали политику. Тут можно было встретить Тютчева, Грановского, Айвазовского. Но главное — в этом доме жил и работал Николай Васильевич Гоголь.

Писатель приехал в Москву в 1848 году и поселился у Васильчиковых в качестве домашнего учителя для их сына. Говорят, именно здесь он читал первые главы второго тома «Мертвых душ». Слушатели были в восторге. Кто же знал, что рукопись вскоре отправится в печку...

А через семьдесят с лишним лет в этом же доме поселится другой великий писатель — Михаил Булгаков. Его сестра Надежда была директором школы, которая разместилась в бывших дворянских покоях.

В начале 1920-х Булгаков с женой ютился в крошечной комнатке на антресольном этаже. И именно здесь рождались главы «Белой гвардии» и «Роковых яиц». Говорят, что прообраз «нехорошей квартиры» из будущего романа возник именно здесь, в коммунальном быту бывшего аристократического гнезда.

Сам дом пережил множество хозяев. Его построил еще в конце XVIII века подполковник Бибиков. После пожара 1812 года восстанавливал князь Черкасский.

А в конце XIX века особняк купил банкир Лазарь Поляков — тот самый, что владел железными дорогами и банками. При нем фасад украсился тем самым чугунным балконом, который мы видим сегодня.

Потом здесь была женская гимназия, потом школа. И только недавно дом обрел новую жизнь — теперь в нем Музей военной формы.

Но если подняться по старинной лестнице и заглянуть в бывший бальный зал, можно почувствовать ту самую атмосферу: кажется, что вот-вот за роялем появится Айвазовский, а в углу Гоголь будет править рукопись.

Особняк на Гоголевском бульваре: от декабристов до Шаляпина

Второй особняк Васильчиковых стоит на Гоголевском бульваре, 14. И вот тут история еще запутаннее. Потому что Васильчиковы были здесь самыми настоящими хозяевами, но дом сменил столько владельцев, что мог бы написать многотомную хронику московской жизни.

Началось все в 1822 году, когда усадьбу купила Екатерина Ивановна Васильчикова. Ее сын Николай был человеком прогрессивных взглядов и дружил с будущими декабристами.

В доме проходили тайные собрания, обсуждались планы переустройства России. А в 1825 году Николая арестовали и отправили в ссылку. Говорят, что обыск в усадьбе длился несколько дней, но никаких компрометирующих бумаг так и не нашли.

Потом особняк перешел к фабрикантам Алексеевым. Здесь вырос Николай Алексеев — тот самый московский городской голова, который построил в Москве водопровод и запустил конку.

И в этом же доме часто бывал его двоюродный брат — юный Константин Станиславский. Будущий реформатор театра делал здесь свои первые шаги в любительских спектаклях.

Но самый яркий след оставила Любовь Зимина. Она купила усадьбу в конце XIX века и превратила ее в настоящий музыкальный храм. Дело в том, что муж Любови был оперным певцом, и в доме постоянно репетировали артисты Частной оперы Зимина. Гостиная помнит голос Федора Шаляпина, здесь играл Сергей Рахманинов, бывал Александр Глазунов.

Интересная деталь: Зимины обожали автомобили. В усадьбе оборудовали один из первых в Москве частных гаражей. Представить только: из старинных ворот выезжает авто, а в окнах особняка XVIII века отражаются фары — настоящий разрыв эпох.

После революции все изменилось. Особняк национализировали, здесь успел поработать Верховный суд РСФСР, потом открыли общежитие для политэмигрантов. А в 1956 году случилось событие, которое определило судьбу дома на десятилетия: сюда въехал Центральный шахматный клуб СССР.

Сейчас это Центральный дом шахматиста имени Ботвинника. Здесь играли все великие: Спасский, Карпов, Каспаров. В подвале сохранилась уникальная Мавританская комната — одно из первых в Москве помещений в восточном стиле, созданное для уединенных бесед.

А на втором этаже работает Музей шахмат, где можно увидеть экспонаты от старинных индийских наборов до шахмат, на которых играли космонавты на орбите.

Что осталось за фасадами

Оба особняка недавно отреставрировали, и сегодня они доступны для посетителей. В усадьбе на Большой Никитской восстановили парадный вестибюль с трехмаршевой лестницей и овальный зал в том виде, какой они имели полтора века назад.

В музее можно увидеть макет усадебного комплекса и представить, как жили люди в этих стенах.

На Гоголевском бульваре сохранилась парадная лестница с кариатидами, роскошная лепнина потолков и Большой бальный зал.

А та самая Мавританская комната — это отдельный восторг: причудливые орнаменты, резные арки, мягкий свет. Кажется, что сейчас выйдет хозяин в халате и предложит выпить чаю из крошечной чашечки.

Две усадьбы, две судьбы, две Москвы. В одной жили литераторы и банкиры, в другой собирались декабристы и пел Шаляпин. Но обе они хранят ту самую атмосферу старого города, которую невозможно придумать — можно только почувствовать, переступив порог.