Кто посмел назвать «безвкусным» главный храм Москвы? Разбираем дерзкий вердикт туриста
Почему идеальный символ вдруг получил «единицу»?
Мы привыкли к простой житейской мудрости: даже если вы самый прекрасный, добрый и мудрый человек, обязательно найдется тот, кому вы придетесь не по вкусу. Как говорится, мы не тульские пряники, чтобы радовать всех вокруг.
Странно, но эту формулу «обязательного несчастья» мы редко применяем к архитектурным символам. Нам кажется, что если здание признано мировым шедевром, то оно автоматически находится вне критики.
Что уж говорить о Храме Василия Блаженного — сердце Красной площади, «пряничном» символе России, который, казалось бы, любим по умолчанию.
Однако недавний отзыв одного из посетителей заставляет остановиться и перечитать текст дважды. Настолько он смел, категоричен и… честен.
«Очень плохо, чтобы быть символом города. Интерьеры безвкусно покрашены. Внешний вид и отзывы убедили зайти, но любой собор в Санкт-Петербурге легко затмит его. Думаю, что даже магазин при соборе выглядит более величественно и красиво, чем он сам», — заявил один из посетителей.
Как можно сравнивать магазин с храмом XVI века? Как можно назвать «безвкусной» ту самую роспись, которая складывалась веками?
Но с точки зрения человеческой природы — это идеальная иллюстрация того, что любой, даже самый великий объект, обречен на роль «не понравившегося» кому-то одному.
Шедевр без технологий
Стоит напомнить контекст, который этот посетитель, возможно, упустил из виду. Собор Василия Блаженного (официально — храм Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву) был возведен в 1555—1561 годах по приказу Ивана Грозного в честь взятия Казани.
На секунду задумайтесь: это шедевр, построенный в XVI веке. Без компьютерных расчетов, без стальных конструкций и отопления.
Это сложнейшая композиция из девяти отдельных церквей, стоящих на едином основании, — ансамбль, где каждая глава имеет свой неповторимый рисунок и орнамент.
Изначально здесь планировалось семь приделов, позже добавили восьмой для симметрии, а в 1588-м пристроили девятый — в честь святого Василия Блаженного, чье имя в итоге стало народным названием всего храма.
Почему «не нравиться» — это нормально?
Критика, подобная приведенной выше, вызывает у поклонников старины обычно две реакции: возмущение или усмешку. Но давайте посмотрим на нее иначе.
То, что у Собора Василия Блаженного находятся «хейтеры» (а судя по тону рецензента, ему действительно «не зашло»), на самом деле подтверждает его живой статус.
Настоящий символ города — это не музейный экспонат под стеклом, который все обязаны хвалить. Это объект, который провоцирует эмоции.
Кому-то храм кажется «лубоком», кому-то — «сказкой», а кому-то, как этому гостю, — уступающим по величественности петербургским соборам. И в этом нет противоречия.
Петербургские Исаакий и Казанский — это воплощение имперской строгости, симметрии и европейского размаха. А московский «Василий Блаженный» — это торжество асимметрии, узорочья и кустарной (в хорошем смысле) уникальности. Он не стремится быть величественным в классическом понимании. Его задача — быть чудесным.
Главный урок Красной площади
В конечном счете, история с гневным отзывом на храм учит нас простой вещи. Даже объект, построенный как символ новой имперской мощи Московского царства, украшение главной площади страны и шедевр мирового зодчества, имеет право на то, чтобы кому-то не понравиться.
И это освобождает. Если уж Собор Василия Блаженного может получить в свой адрес фразу «магазин при нем выглядит величественнее», значит, и нам можно никого не бояться разочаровать.
В конце концов, как гласит народная мудрость, мы действительно не пряники. И даже если ты — главный пряник страны, всегда найдется тот, кто предпочитает соленый крендель.