Лаванда, уксус и чеснок вместо лекарств: что прятали в клювах чумные доктора
От чумы не спасало, но страху наводило.
Представьте узкую европейскую улочку, по которой идёт человек в чёрном плаще, широкополой шляпе и маске с огромным птичьим клювом.
Встретить такого в XVII веке означало примерно то же самое, что увидеть похоронную процессию возле собственного дома. Чума добралась и сюда.
Но зачем врачам понадобился костюм, больше похожий на наряд злодея из фильма ужасов?
Что прятали внутри страшного клюва
Никакой мистики! Врачи набивали длинный нос маски ароматными травами, пряностями и другими сильно пахнущими веществами.
В ход шли лаванда, розмарин, гвоздика, камфора и даже губки, пропитанные уксусом.
В те времена люди верили в теорию миазмов: считалось, что болезни распространяются через отравленный воздух и дурные запахи.
Поэтому клюв работал как своеобразный ароматический фильтр. Предполагалось, что воздух, проходя через пахучие травы, становится безопаснее.
А длинный плащ из промасленной ткани, перчатки и трость помогали врачу избегать непосредственного контакта с больными.
Почему маска почти не защищала
Сегодня известно, что чуму вызывает бактерия Yersinia pestis. Бубонная форма болезни часто распространяется через укусы заражённых блох, а лёгочная может передаваться между людьми воздушно-капельным путём.
Никакая лаванда от этого не спасает. Правда, плотная одежда действительно могла частично защищать кожу от укусов насекомых и контакта с заражёнными материалами. Да и маска при вдыхании воздуха рядом с больными что-то да задерживала.
Поэтому весь костюм был не настолько бесполезным, насколько кажется.
А носили ли такие маски на самом деле?
Вот тут обнаруживается самая любопытная деталь. Знаменитый образ часто связывают с французским врачом Шарлем де Лормом, жившим в XVII веке. Однако историки сомневаются, что придуманный им защитный костюм выглядел именно так.
Первые надёжные изображения докторов с птичьими клювами относятся лишь к середине XVII века. Причём встречались такие маски преимущественно в Италии и на юге Франции.
А некоторые сохранившиеся музейные экземпляры вообще могут оказаться поздними карнавальными копиями.