Сэм Рокуэлл в образе безумца из будущего: «Удачи, веселья, не сдохни» заставила меня по-другому подумать об искусственном интеллекте

Есть фильмы, которые пытаются поговорить об искусственном интеллекте серьёзно, умно, холодно и с видом, будто они сейчас всё объяснят лучше жизни.

А есть «Удачи, веселья, не сдохни» Гора Вербински — фильм, который вваливается в тебя, как тот самый странный мужик в закусочную, хватает за рукав и не даёт сделать вид, что проблема где-то далеко.

И вот это сработало на мне почти сразу.

Вербински не строит из себя пророка нового времени и не маскирует мысль под слишком изящную метафору.

Он берёт страх перед ИИ, зависимость от экранов, человеческую усталость, одиночество, потерю связи с реальностью — и заворачивает всё это в дикий, шумный, местами абсурдный аттракцион. Получается неровно, но живо. А главное — не равнодушно.

С чего всё начинается

В центре сюжета — мужчина в исполнении Сэма Рокуэлла, который врывается в обычную закусочную в Лос-Анджелесе и заявляет, что прибыл из будущего.

Будущего, где человечество проиграло искусственному интеллекту. Он уже много раз пытался всё изменить, возвращался в эту точку снова и снова, собирал разные комбинации людей, но каждый раз терпел неудачу.

Теперь у него новая попытка.

Он должен убедить случайных посетителей закусочной помочь ему остановить катастрофу — ещё до того, как будет создан ИИ, который потом подчинит себе мир.

Звучит как смесь «Дня сурка», «Терминатора», «Матрицы» и нервного срыва человека, который слишком долго смотрел на то, как мы все дружно прячемся в телефоны.

Но фильм не разваливается на голые отсылки. У него есть своё настроение — злое, смешное, трогательное и очень нервное.

Что мне в этом фильме зашло сильнее всего

Больше всего мне понравилось, что «Удачи, веселья, не сдохни» не сводится к одной идее “телефоны — зло”. Это было бы слишком просто и слишком скучно.

Вербински идёт дальше и показывает не только технологическую зависимость, но и то, почему человек вообще так легко отдаёт себя удобным системам.

Кому-то нужен комфорт. Кому-то — иллюзия контроля. Кому-то — возможность не чувствовать боль. Кому-то — шанс вернуть того, кого уже невозможно вернуть.

И на этом месте фильм становится интереснее, чем может показаться по трейлеру или пересказу завязки.

У каждого важного героя здесь есть своя маленькая личная катастрофа. Есть женщина, потерявшая сына и решившаяся на его технологическое “возвращение”.

Есть девушка, которой буквально плохо рядом с вай-фаем и мобильной сетью, будто её тело раньше разума поняло, что с этим миром что-то не так.

Есть школьные учителя, которые сталкиваются уже не просто с уставшими подростками, а с поколением, почти полностью приклеенным к экранам.

И вот эти линии мне понравились не меньше, а иногда даже больше, чем основная беготня с попыткой спасти мир.

Сэм Рокуэлл здесь вообще отдельная причина смотреть

Без Рокуэлла фильм мог бы легко превратиться просто в шумное странное кино с хорошей идеей. Но он делает главного героя не просто проводником сюжета, а нервным центром всей истории.

Он здесь одновременно похож на бомжа, пророка, террориста, клоуна, фанатика и последнего нормального человека в мире, который уже слишком поздно понял, что всё пошло не туда.

В этом образе есть что-то от безумного капитана, который собирает команду из тех, кто вообще не собирался никуда плыть. И я всё время ловила себя на мысли, что именно его энергия не даёт фильму рассыпаться.

Рокуэлл умеет держать баланс между смешным и жалким, между сарказмом и настоящим отчаянием.

Поэтому его герой не выглядит просто рупором режиссёрской позиции. Он живой, измотанный, иногда нелепый, иногда раздражающий, но очень цепкий.

Почему фильм работает даже при всём своём хаосе

Фильм постоянно скачет: между линиями, жанрами, интонациями, флешбэками, почти притчевыми эпизодами и откровенным безумием.

Но при этом я не могу сказать, что он пустой. Наоборот, в нём чувствуется режиссёр, которому очень есть что сказать, и он уже не хочет подстраиваться под ожидания, моду и безопасную форму.

Это видно во всём: в том, как сняты сцены, как разгоняется действие, как резко фильм меняет настроение, как он позволяет себе быть некрасивым, странным и местами даже неудобным.

Сейчас слишком много фильмов выглядят так, будто их собирали по аналитической таблице: тут шутка, тут фансервис, тут обязательно понятная мораль, тут ровная драматическая дуга.

У Вербински всё не так. Иногда это минус, но иногда — огромное облегчение. Потому что на экране наконец появляется не продукт, а чьё-то настоящее, кривое, нервное высказывание.

Но недостатки у фильма есть — и заметные

При всей моей симпатии к нему я не могу делать вид, что фильм безупречен.

Во-первых, он перегружен. Идея у него сильная, но Вербински временами так настойчиво её повторяет, что начинает немного давить.

К середине становится понятно, что фильм уже не просто предупреждает, а почти трясёт зрителя за плечи: посмотри, очнись, хватит, ну хватит уже жить как во сне.

Во-вторых, история иногда реально провисает. Не в смысле, что становится скучно на полчаса подряд, а в том, что отдельные куски кажутся слабее, чем всё вокруг них.

Особенно когда фильм слишком увлекается собственным хаосом и начинает подбрасывать новые детали не потому, что они нужны, а потому что может.

В-третьих, у него странный баланс между комедией и мрачностью. Это не та комедия, где ты постоянно смеёшься. Здесь юмор чаще работает через абсурд, нелепость и чувство “что я вообще сейчас смотрю”.

Мне это в целом зашло, но тем, кто ждёт лёгкий развлекательный фильм, может быть не по себе.

И ещё один момент: ближе к финалу я уже местами чувствовала, что фильм начинает терять точность. Он всё ещё энергичный, всё ещё живой, но уже не такой собранный, как в начале. Будто сам немного захлёбывается от количества собственных идей.

Что в итоге осталось у меня после просмотра

Наверное, самое точное слово для этого фильма — неформат. Не в пустом рекламном смысле, а по-настоящему.

Это кино не пытается понравиться всем. Оно не очень гладкое, не всегда аккуратное, местами слишком громкое и даже утомительное. Но в нём есть то, чего очень не хватает многим более “правильным” релизам, — одержимость своей темой.

Мне понравилось, что Вербински говорит об ИИ не как о далёком монстре из будущего, а как о продолжении того, что уже происходит с нами сейчас.

Не машины страшны сами по себе, а наша готовность всё упростить, делегировать, заменить, сгладить, лишь бы не сталкиваться с реальностью напрямую.

И вот в этом «Удачи, веселья, не сдохни» попадает очень точно.

Это не идеальный фильм. Но это точно не мёртвый фильм. Он шумит, спорит, бесит, смешит, временами теряет меру, а потом снова собирается и попадает в нерв времени.

И лично мне гораздо интереснее смотреть вот такое кино — неровное, но живое, — чем ещё один безупречно выверенный проект, который забывается через час после титров.

Если любите странную фантастику с характером, если нравятся фильмы, которые не боятся выглядеть нелепо ради сильной мысли, если скучаете по режиссёрам с собственным почерком, а не по очередной собранной на алгоритмах истории, то «Удачи, веселья, не сдохни» точно стоит попробовать.

А у меня после него осталось довольно простое ощущение: мы слишком привыкли считать удобство прогрессом, и Вербински очень вовремя напомнил, что иногда за этим удобством уже почти не видно человека.