Пушкина сюда привела любовь, а революционера — смерть. И это одна улица в Москве

Москва умеет прятать свои сокровища. Где-то между шумным Садовым кольцом и деловым центром «Москва-Сити» затерялась небольшая улица, которая вряд ли привлекла бы внимание случайного прохожего.

На карте она значится как улица Заморёнова. Короткая, не самая шикарная, застроенная обычными жилыми домами и поликлиникой. Но если копнуть чуть глубже, окажется, что это место может поспорить по насыщенности истории со многими столичными музеями.

Средняя среди Пресненских

До 1923 года эта улица носила название Средняя Пресненская. И в этом имени кроется вся география старой Москвы.

Улица была «средней» не в переносном смысле, а в самом прямом — она располагалась между двумя другими: Большой Пресненской (сегодня это Красная Пресня) и Нижней Пресненской (ныне Рочдельская).

Ориентиром служила река Пресня, которая в те времена ещё не была спрятана в трубы. Это было типичное московское захолустье, где текли свои размеренные, почти деревенские будни.

Трагический герой по имени Трофим

В 1923 году улицу переименовали. Это было время, когда старая имперская топонимика уступала место новой, революционной.

Имя улице подарил Трофим Григорьевич Заморёнов. Человек, который стал для местных жителей настоящим героем, хотя сегодня его имя мало что говорит даже заядлым краеведам.

Заморёнов был рабочим на Трёхгорной мануфактуре — том самом знаменитом предприятии, которое гремело на всю Москву.

Судьба его была типичной для того лихого времени: революция 1905-го, затем 1917-й, председатель фабричного комитета, депутат Моссовета. Он жил здесь же, на этой самой улице, и был своим в доску для всех соседей.

Его гибель оказалась настолько неожиданной и странной, что запомнилась надолго. По одной из версий, Трофим разбился на мотоцикле. Мужчина средних лет, ветеран революции — и вдруг мотоциклетная авария.

Это звучит почти сюрреалистично для начала двадцатых годов, когда лихачи на двухколёсных машинах были диковинкой. Память о нём решили увековечить, дав его фамилию родной улице.

Пушкинский след

Однако самое удивительное в этой истории даже не революционер Заморёнов. Задолго до того, как здесь раздавались революционные лозунги, на улице кипели совсем другие страсти.

В доме под номером 14—16 жило семейство Ушаковых. Этот дом, увы, не сохранился до наших дней — его снесли в 1960-х. Но в 1826—1829 годах здесь часто бывал Александр Сергеевич Пушкин.

Поэт приезжал в гости не просто так. Он был серьёзно увлечён дочерью хозяина, Екатериной Ушаковой. Молодые люди переписывались, Пушкин посвящал ей стихи, и атмосфера этого дома во многом вдохновляла поэта в его «болдинские» периоды творчества.

Трудно представить, но по этой самой неказистой сегодня улице проезжали пролётки Пушкина, а в окнах светились свечи, при которых обсуждалась судьба русской литературы.

Академик и скромный дом

Чуть дальше, в доме №11, прошли детские и юношеские годы Сергея Ивановича Вавилова. Того самого, который впоследствии стал президентом Академии наук СССР и основателем целой научной школы физической оптики.

В советское время этот дом тоже снесли, но сам факт остаётся удивительным: в одном квартале нашли пристанище и главный гений русской поэзии, и светило советской физики.

Что осталось сегодня

Прогуливаясь по современной улице Заморёнова, человек не увидит ни усадьбы Ушаковых, ни дома Вавилова. От дореволюционной застройки не осталось практически ничего.

Всё было снесено в рамках реконструкции района. Исключение составляет разве что здание поликлиники №220, которое появилось в 1970-х.

Этот проект даже получил архитектурную премию, что по тем временам было редкостью для рядовой больницы. Сейчас здесь обычная жизнь: люди спешат на работу, пенсионеры сидят на лавочках, слышны звуки машин с соседнего проспекта.

Но в этой обыденности и кроется главная магия Заморёнова. Это место, где сплелись воедино дворянская поэзия, пролетарские революции и научные прорывы.

Улица, названная в честь разбившегося мотоциклиста, сохранила память о Пушкине, пережила снос своей старины и превратилась в тихого свидетеля грандиозной московской суеты.

Здесь чувствуешь себя не просто в спальном районе, а в точке пересечения совершенно разных эпох, каждая из которых оставила свой жирный след в истории страны.