Тоска по Арбату, чужие судьбы и купеческая щедрость: что осталось за фасадами Протопоповского переулка

Москва — город, в котором за каждым поворотом может открыться целый пласт истории. Гуляя по центру, невольно натыкаешься на места, где время будто застыло, смешав в одном пространстве архитектуру разных эпох и судьбы совершенно невероятных людей.

Одно из таких мест — Протопоповский переулок, который старожилы до сих пор иногда называют Безбожным. Несмотря на то, что переулок короткий — всего несколько сотен метров, — здесь столько событий и биографий, что хватило бы на приличный том мемуаров.

Аптекарский огород и идеологическая борьба

История этой московской артерии уходит корнями в начало восемнадцатого века. Тогда, по велению Петра Великого, на этих землях разбили «аптекарский огород» — выращивали лекарственные травы для военных нужд.

Позже территорию передали Московскому университету, и здесь появился знаменитый Ботанический сад, который прекрасно существует и поныне. Трудно поверить, что посреди шумного мегаполиса прячется такой уголок тишины и зелени, но это факт.

Название же переулка менялось несколько раз, и каждая эпоха оставляла на нём свой след. Сначала он стал Протопоповским — в честь домовладельца, обосновавшегося здесь в девятнадцатом веке.

Но в двадцатых годах прошлого века на волне новой идеологии его переименовали в Безбожный. В этом было что-то символичное: переулок находился по соседству с редакцией журнала «Безбожник», да и само название звучало как вызов прежнему, «церковному» прошлому.

Этот советский топоним намертво врезался в народную память, подарив нам, в том числе, знаменитый поэтический образ. В девяностые годы переулку вернули его историческое имя, но многие москвичи всё равно с улыбкой вспоминают, как он назывался раньше.

Набилковская богадельня: купеческая щедрость в камне

Если идти по переулку от проспекта Мира, то внимание сразу приковывает к себе величественное здание под номером 25.

Это бывшая Набилковская богадельня — настоящий памятник не столько архитектуре, сколько человеческой благотворительности. История её возникновения удивительна.

Братья Василий и Фёдор Набилковы начинали свой путь, будучи крепостными крестьянами. Однако благодаря уму, труду и предпринимательской хватке они стали состоятельными купцами и не забыли о тех, кому повезло меньше. В 1828 году они пожертвовали огромный участок земли и крупную сумму на устройство приюта для нуждающихся.

Главный корпус богадельни, возведённый в первой половине девятнадцатого века, является образцом зрелого ампира. Шестиколонный портик, строгие пропорции, купол, под которым располагалась домовая Троицкая церковь, — здание выглядит по-настоящему благородно.

После революции церковь, разумеется, закрыли, а корпус со временем надстроили третьим этажом, что немного исказило его исторический облик. Но даже сквозь позднейшие перестройки проступает та самая купеческая основательность и желание сделать мир чуточку добрее.

Братолюбивое общество: квартиры для неимущих

Чуть дальше, в доме 19, взору открывается ещё один социально значимый комплекс конца девятнадцатого — начала двадцатого века. Здесь работало Братолюбивое общество снабжения в Москве неимущих квартирами.

Это была, по сути, одна из первых благотворительных организаций, которая пыталась решить жилищный вопрос для малообеспеченных слоёв населения. Главное здание комплекса — Дом дешёвых квартир имени императора Николая II — было построено в 1896 году.

В соседнем строении находилась Мариинская богадельня с домовой церковью, где прихожане могли найти не только кров, но и духовную опору.

Сегодня здесь заседают различные административные учреждения, и мало кто из проходящих мимо чиновников задумывается о том, что стены этого здания помнят и бедняков, и купцов-меценатов, и революционные бури.

Литературные судьбы и «элитная» высотка

Но главная мистика и притягательность этого переулка не в кирпичах и лепнине, а в людях, которые здесь жили. В семидесятых годах прошлого века в переулке появилось несколько кирпичных высоток для партийной и творческой элиты.

Эти дома стали настоящей легендой Москвы. Здесь находили пристанище генеральные конструкторы, знаменитые режиссёры и даже иностранные гости высокого ранга.

Ходили слухи, что какое-то время здесь жила сама Кристина Онассис — дочь греческого магната — вместе со своим советским супругом.

На лестницах этих домов можно было случайно столкнуться с чилийским коммунистом Луисом Корваланом или кинорежиссёром Львом Кулиджановым. Место было поистине закрытым и знаковым.

Но, пожалуй, самым известным жильцом этого «элитного» дома стал поэт и бард Булат Окуджава. Переезд с любимого Арбата в Безбожный переулок дался ему нелегко. Москва всегда тяжело принимает тех, кто вынужден покидать обжитые места, и поэт остро переживал эту потерю.

Именно здесь, в стенах новой квартиры, родились его знаменитые строки, полные тоски и одновременно иронии — о том, как в Безбожном переулке хиреет его талант. Так одно место через творчество поэта навсегда вошло в историю русской литературы.

С этим домом связана ещё одна поразительная история, которая вполне могла бы лечь в основу шпионского романа. В том же подъезде, что и Окуджава, жил писатель Олег Волков — человек, прошедший через ужасы ГУЛАГа и написавший об этом пронзительную книгу «Погружение во тьму». В Советском Союзе публикация такого текста была невозможна.

И тогда Булат Окуджава, который в силу своего статуса мог чаще выезжать за границу, рискнул и тайно вывез рукопись Волкова во Францию. Именно там книга впервые увидела свет в 1987 году.

Такое творческое соседство — классик, воспевающий Москву, и человек, пишущий о самых тёмных страницах её истории, — создаёт в переулке совершенно особую атмосферу. Становится понятно, что это не просто улица, а живая память города, его боли и его славы.