«Волосы становятся дыбом»: этот город Москва просто «проглотила»

Почему его стёрли с карты столицы?

Город Бабушкин в Подмосковье не растворился в воздухе, как призрак из старой сказки. В 1960 году его просто поглотила Москва, расширяя свои границы под шум стройки МКАД.

То, что раньше было самостоятельным городком с заводами и тысячами жителей, превратилось в уютные районы столицы, где теперь гуляют семьи и спешат офисные работники.

От дач к городским амбициям

Всё началось в конце XIX века, когда москвичи устремились за город на свежий воздух. По обе стороны Ярославской железной дороги, на землях удельного ведомства, стали продавать участки под дачи.

В 1898 году здесь появилась сортировочная станция "10-й версты" с вагонным депо и мастерскими, а через четыре года — полноценная станция Лосиноостровская.

Лето превращало место в шумный пикниковый лагерь, а зимой оставались только те, кто решил осесть насовсем. К 1917 году здесь уже стояло больше полутора тысяч домов, и посёлок бурлил жизнью: церкви, лечебницы, даже туберкулезная клиника по народным пожертвованиям.

После революции улицы переименовали в честь вождей — проезд Троцкого, Ульяновский, Карла Маркса. В 1925 году посёлок официально стал городом Лосиноостровском, включив в себя деревни вроде Ватутино и Раево, посёлки Красная Сосна и Ново-Медведково.

Население росло, как на дрожжах: мебельные фабрики, производство музыкальных инструментов, институты вроде "Теплопроекта". К 1950-м здесь строили пятиэтажки и комбинаты, а Лосиный Остров неподалёку стал национальным парком — зелёным лёгким для будущей мегаполиса.

Переименование в честь лётчика-героя

В 1939 году городок получил новое имя — Бабушкин, в память о Михаиле Сергеевиче Бабушкине, полярном пилоте и Герое Советского Союза.

Он родился и вырос именно здесь, в Лосиноостровской, и его подвиги в Арктике сделали имя местным символом.

Переименование пришлось на разгар индустриализации: город служил спутником Москвы, с населением под 50 тысяч, железной дорогой как главной артерией и заводами, кормящими тысячи семей. Жители ходили на работу в депо, учились в местных школах, а по вечерам гуляли у реки Яузы.

Великое поглощение Москвой

Кульминация наступила в августе 1960 года. Строительство МКАД требовало места, и Москва удвоила территорию, влив в себя шесть подмосковных городов: Бабушкин, Кунцево, Люблино и другие.

Бабушкин разделили на районы — Бабушкинский, Ярославский, Свиблово, Лосиноостровский. Старые улицы с революционными именами постепенно сменили вывески, выросли хрущёвки и брежневки, а станция Лосиноостровская осталась ключевым узлом.

Это не было трагедией — скорее, эволюцией: люди получили московские прописки, метро (Бабушкинская открылась позже, в 1978-м), парки и инфраструктуру.

Что осталось от былого города

Сегодня бывший Бабушкин — это спальный рай с ритмом большого города. Здесь Поклонная гора с видом на Лосиный Остров, Бабушкинское кладбище у истоков Будайки, жилые кварталы 60-90-х и современные новостройки.

Железнодорожные пути всё так же гудят, напоминая о дачном буме прошлого века, а в парках можно найти следы старых усадеб.

Исчезновение города стало рождением новых кварталов, где история переплетается с повседневностью — от лётчика-героя до сегодняшних жителей.

Но что об этом думают москвичи?

«Живу в этом в прошлом замечательном районе Москвы. К большому сожалению и сюда дотянулись липкие лапки московских реноваторов. Достаточно проехать по Тайнинке, и оставшиеся волосы становятся дыбом. Дальше будет ещё хуже. Пропал город».
«Да, были времена в Яузе купались, на Джамгаровке и Торфянке тоже купались, и лодочные станции были, а сейчас одна плитка и никакого единения с природой».
«Был невероятно зелёный район, сейчас уже не то, пятиэтажки сносят, строят муравейники».
«Мой папа родился в 1935 году, дом у них был на Ульяновской улице (тогдашнее название). Тётя жила на Напрудной. В памяти остались сосны. Очень жалко, что всё повырубали».
«Я живу мкр. Дружба, это Лосиный остров, много лет назад мы ходили купаться в речку Ичку, в лес за грибами. Сейчас всё изменилось, одни дома, всё рушится, всё сносится, печально».
«Ненавижу эти человейники. Люблю старую мою Москву».