Храм Василия Блаженного всю жизнь называли неправильно: вот его истинное имя

Красная площадь, толпы туристов, десятки объективов нацелены вверх. И там, на фоне кремлёвских башен и ГУМа, возвышается то самое сооружение, без которого открытка Москвы не была бы законченной.

Разноцветные луковки, похожие на пряничный домик из сказки. В народе его ласково и привычно величают храмом Василия Блаженного. Но есть одна тонкость: сам собор об этом имени даже не подозревает.

Спросите любого москвича, и он ответит «Василий Блаженный». Спросите историка — услышите совсем другое. И это не какая-то тайная конспирология, а обычная житейская путаница, которой уже почти пять столетий.

Как собор называли цари и летописцы

Официальное, зафиксированное в документах и надписях имя звучит торжественно и по-древнерусски весомо: Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву.

Или просто Покровский собор. Потому что главный престол освятили в честь праздника Покрова Богородицы. Дата выбрана не случайно: именно 1 октября 1552 года русские войска пошли на решающий штурм Казани.

По старому стилю это был день Покрова. Иван Грозный, окрылённый победой, пообещал выстроить в память о ней храм, который будет не просто каменной свечой, а целым архитектурным манифестом.

Место для него выбрали символическое — у Рва. Так в те времена называли глубокий ров, тянувшийся вдоль кремлёвской стены. Там было пыльно, шумно и постоянно толкался народ.

Но именно здесь стоял сначала деревянный храм-шатёр — свидетель стремительного строительства, а затем началось возведение каменного чуда.

Почему все забыли правильное имя

Забавная штука: официальное имя сложное, длинное и чересчур нарядное для повседневной речи. А народная молва — существо практичное. Вместо «Покрова на Рву» москвичи говорили короче. Но где тут та самая ниточка к святому?

В 1588 году, уже после смерти Ивана Грозного, к основному собору пристроили ещё один придел. Небольшую церковь над могилой местного юродивого, которого при жизни знал и побаивался каждый торговец на Красной площади.

Звали этого человека Василий. Он ходил босиком в лютый мороз, носил вериги и говорил царям правду в глаза. После смерти его почитали настолько сильно, что новый придел стал одним из самых посещаемых в соборе.

Люди шли не просто помолиться, а именно к Василию. Говорили: «Пойдём к Василию Блаженному». Потом: «Где свечку поставить? В соборе у Василия».

А дальше — короткий логический скачок: храм, где главный магнит для прихожан — мощи Василия, начали называть его именем. И название прилипло намертво. Даже царские указы иногда грешили народным именованием.

Два имени, одна судьба

Сегодня Покровский собор — это одновременно и государственный музей, и действующий храм. Учреждение называется «Собор Покрова Пресвятой Богородицы на Рву». Но для билетных касс, для гидов и для миллионов посетителей это по-прежнему храм Василия Блаженного.

Интересно, что внутри собора — целых одиннадцать церквей, соединённых переходами. У каждой свой престол и своё имя в честь тех самых побед под Казанью.

А придел Василия Блаженного — самый тёплый, самый уютный и самый живой из них. Там стоят его рака и до сих пор иногда оставляют маленькие бумажки с просьбами, зажатые между камнями.

Так что когда в следующий раз кто-то скажет «идём смотреть Василия Блаженного», можно будет тихо и без занудства поправить: «Вообще-то, Покровский собор».

Но делать этого не стоит. Потому что народное имя — оно честное. Оно звучит из уст тех, кто веками приходил не к отвлечённому празднику Покрова, а к конкретному человеку в железной шапке, который умел заступиться за каждого.

Пусть даже правильное название останется на музейных табличках, а в сердце города навсегда поселится Василий Блаженный — со своей невероятной историей, непростым характером и храмом, который он так и не построил, но забрал себе по праву народной любви.