Куда исчезло море в центре Москвы: вот что построили на этом месте

Каждый, кто хоть раз приезжал на Ярославский вокзал или пытался пробиться через пробки на Краснопрудной улице, вряд ли догадывается, что когда-то здесь плескалась вода.

Причем не какая-то лужа, а настоящий гигант, которым москвичи гордились наравне с Кремлем. Эту историю стоит рассказать по одной простой причине: она о том, как город пожирает сам себя, и как от великого порой не остается даже названия.

Как Кремль поместился в пруд

Трудно поверить, но когда-то площадь водной глади в районе нынешней Краснопрудной улицы составляла около 23 гектаров. Цифра эта ничего не говорит, пока не примеришь ее к чему-то знакомому.

Московский Кремль занимает примерно столько же. То есть можно было взять все кремлевские соборы, стены и башни, залить их водой — и получить тот самый пруд.

Впервые в летописях он упоминается аж в 1423 году. И уже тогда его называли Великим. Не потому, что московские князья страдали гиперболой, а потому что он действительно был велик.

Позже местность вокруг начала заселяться, появилось село Красное (красивое, то есть), и пруд переименовали в Красный. Но народная любовь оказалась сильнее официальных названий.

Русалки на окраине Москвы

Самое интересное имя, которое закрепилось за этим местом — Русальский пруд. И тут без мистики не обошлось. Дело в том, что берега Великого пруда облюбовали не просто для рыбалки или полоскания белья.

Здесь проходили настоящие языческие игрища. Русалии — это древние праздники, посвященные духам воды и плодородия, которые церковь никак не могла искоренить веками.

Народ собирался толпами, жгли костры, пели песни, водили хороводы. Церковники смотрели на это косо, но поделать ничего не могли. Стоглавый собор 1551 года даже специально постановлял: не творить бесовских игрищ в Русальский день.

Но москвичи, как и положено людям, которые веками жили на этой земле, продолжали чтить традиции. Так что пруд был не просто водоемом, а настоящим центром притяжения, где официальная Москва встречалась с той, древней, дохристианской.

Конец прекрасной эпохи

К концу XIX века от былого величия осталась лишь бледная тень. Пруд мельчал, зарастал тиной, в него сливали отходы ближайшие производства и жители окрестных домов.

Когда-то огромное озеро превратилось в жалкое подобие себя — площадь сократилась до девяти гектаров. Но даже в таком состоянии он оставался украшением района.

Проблема была в другом. В Москву активно тянули железные дороги. Сначала появился Николаевский вокзал (сегодня Ленинградский), потом встал вопрос о строительстве Ярославского.

Пруду просто не повезло: он оказался на пути прогресса. Земля в Москве всегда была дорогой, а тут лежит огромное водное пространство, которое мешает прокладывать пути и строить депо.

В 1910 году городская дума встала перед выбором: оставить пруд, очистить его, сделать набережные и парк, или засыпать к чертям и пустить землю под коммерческую застройку. Посчитали деньги.

Сквер с прудом мог приносить городу около 30 тысяч рублей аренды в год. А вот склады и промышленные помещения на осушенной земле — больше 42 тысяч.

Выбор был сделан мгновенно. Москва всегда умела считать деньги, и сантименты тут были ни к чему.

Бесплатная свалка и рождение новой улицы

Засыпать пруд решили элегантно и экономно. Городские власти разрешили свозить туда землю со строек и строительный мусор всем желающим и совершенно бесплатно. Так сказать, решили две проблемы разом: и пруд убрали, и строителям не пришлось думать, куда девать отходы.

Работа закипела. Грунт и мусор везли со всей округи. Пруд медленно, но верно умирал, погребая под собой не только воду, но и память о языческих праздниках, о великом прошлом, о том времени, когда Москва была совсем другим городом — более деревянным, более просторным и, кажется, более живым.

К 1910 году все было кончено. На месте, где еще недавно плескалась вода и шумели ивы, появилась ровная площадка, которую быстро заняли склады, железнодорожные пути и прочая промышленная инфраструктура.

Что осталось сегодня

От великого водоема не осталось и следа. Река Чечера, которая его питала, давно течет в подземной трубе. Но топонимика — штука упрямая.

Москвичи не любят забывать свои места. Поэтому улица, которая пошла от бывшего пруда в сторону центра, получила имя Краснопрудная. Название сохранило память о том, чего уже нет.

Каждый день тысячи людей спешат по этой улице к вокзалам, садятся в поезда и уезжают в другие города. И лишь редкие краеведы, листая старые карты, могут показать пальцем: вот здесь, прямо под асфальтом, под трамвайными путями, под фундаментами старых складов, когда-то плавали рыбы, водили хороводы русалки (пусть и ненастоящие), а сам пруд по размерам не уступал сердцу нашей столицы.

Таких мест в Москве десятки. Город-сфинкс постоянно перестраивается, закапывая одну историю и пиша поверх нее другую. Но если знать, где искать, древняя Москва начинает проступать сквозь новостройки и асфальт.

И даже обычная Краснопрудная улица перестает быть просто дорогой до вокзала, а превращается в памятник тому Великому, что когда-то здесь было.