Ртуть, ил и двухметровые трубы: почему Ермаковский ручей так пугает москвичей

Москва хранит сотни тайн под асфальтом. Одна из них — Ермаковский ручей, который давно уже не журчит на поверхности, а течет в темноте коллекторов, невидимый для миллионов горожан.

У этой речки длиной всего четыре километра — удивительная судьба, два названия и история, уходящая корнями в позапрошлый век.

Где прячется ручей сегодня

Ермаковский ручей — левый приток Москвы-реки, но встретить его на карте города невозможно. Вся его четырехкилометровая трасса давно спрятана под землю.

Площадь водосбора — всего три квадратных километра, но для западной части города этот ручей когда-то имел большое значение.

Начиналась речка из прудов в районе Хорошёвского шоссе, на южных окраинах Ходынского поля. Дальше вода бежала на юг вдоль 5-й Магистральной улицы, затем поворачивала на юго-восток, пересекала 3-ю Магистральную и впадала в Москву-реку неподалеку от усадьбы «Студенец».

Если быть совсем точным — устье находилось чуть северо-восточнее пешеходного моста «Багратион», прямо в районе современной «Москва-Сити».

Сегодня на месте живого ручья — бетон и трубы. В 2008 году, когда вокруг делового центра развернулась масштабная стройка, коллектор капитально реконструировали.

Теперь по трубам диаметром от 75 сантиметров до двух с половиной метров течет далеко не родниковая вода. В основном это промышленные и канализационные стоки.

Те, кто спускается под землю изучать московские реки, рассказывают жутковатые вещи: в верховьях коллектора такая загазованность, что без респиратора там делать нечего.

А дно затянуло метр илом — идти приходится чуть ли не по колено в липкой жиже. Не романтика, а суровый рабочий момент подземной Москвы.

Почему Ермаковский? При чем тут сибирский атаман

С первого взгляда кажется, что название явно отсылает к покорителю Сибири Ермаку Тимофеевичу. Но нет — атаман тут совсем ни при чем.

Ручей назвали в честь Ермаковой рощи, которая когда-то зеленела в районе его истока. Роща получила свое имя по фамилии землевладельца — некоего господина Ермакова, жившего здесь в середине XIX века.

Простой и понятный принцип: чья земля — того и имя. Вот так обычный московский помещик, без всякой воинской славы, навсегда прописался на карте — пусть и подземной — западной части города.

Верхняя Чёрная Грязь: второе имя с характером

Но изначально ручей назывался совсем иначе. И это название звучит куда более мрачно и загадочно: Верхняя Чёрная Грязь.

Слово «грязь» в старой топонимике не обязательно означало что-то грязное в бытовом смысле. Гидронимы с корнем «грязь» часто обозначали болотистую, топкую местность или брод.

Скорее всего, путь через ручей на старинной Звенигородской дороге был настолько вязким, что путники прозвали это место именно так.

Почему «Верхняя»? Потому что был еще один ручей — Студенец, который в народе называли Нижней Чёрной Грязью.

Оба притока Москвы-реки имели схожие характеристики, поэтому их и различали по положению: один выше по течению, другой ниже. Сегодня Студенец тоже в коллекторе, но сама усадьба «Студенец» сохранилась и напоминает о том времени.

Существует еще одна версия: на каком-то этапе ручей могли именовать Шелепихой. Отсюда и пошло название местности Шелепиха, известное всем, кто хоть раз бывал в районе «Москва-Сити». Увы, точных подтверждений этой гипотезы нет, но звучит красиво.

Что осталось в прошлом

Ермаковский ручей — типичный пример того, как Москва расправлялась с малыми реками. В XIX веке он еще свободно петлял по лугам и рощам, питая пруды и давая воду окрестным деревням.

К ХХ веку город подобрался вплотную: берега застроили, воду признали грязной и опасной для здоровья, а потом ручей попросту спрятали в трубу.

Сейчас о нем почти никто не вспоминает. Иногда коллектор вскрывают строители или лезут туда диггеры за острыми ощущениями, но для обычного прохожего Ермаковский ручей не существует.

Он исчез, но продолжает течь глубоко под ногами — мрачный, загазованный и покрытый толстым слоем ила. Маленькая подземная река, у которой когда-то было два имени и целая жизнь на поверхности.