Собачья площадка в Москве: место с милым названием, но страшнейшей историей

Москвичи, спешащие по Новому Арбату, редко задумываются, под чем они идут. А под их ногами — целый исчезнувший мир.

Там, где сейчас гудят иномарки и сверкают стеклянные высотки, когда-то выли собаки, стучали копытами опричные кони и сам Иван Грозный чувствовал себя в полной безопасности.

Это была Собачья площадка. Название не ласковое, а жутковатое. И оно напрямую связано с одной из самых мрачных страниц русской истории.

Почему «Собачья»? Спросите у псарей

Всё началось с охоты. Иван Васильевич любил её страстно, по-хозяйски, с размахом. Для царской потехи требовались сотни собак: борзые, гончие, псовые. И места для них — псарни, соколиные дворы, конюшни.

Арбатская сторона подошла идеально. Здесь, в районе современных Поварской улицы и Кречетниковского переулка, разбили государевы псовые дворы.

Название «Кречетниковский» напоминает о других царских любимцах — кречетах, охотничьих птицах. А вот место, где жили и выли собаки, народ быстро окрестил Собачьей площадкой.

Но при чём тут Иван Грозный? А при том, что именно он сделал эту землю особенной. И страшной.

Опричный Арбат: город внутри города

Когда царь устал от боярских измен и разделил страну на земщину и опричнину, Москва тоже раскололась. Кремль остался для всех. А вот земли за Неглинной — современные Арбат, Пречистенка, Сивцев Вражек — Иван отписал себе. В личное пользование.

Это был опричный удел внутри столицы. Сюда согнали знатных бояр с насиженных дворов, отобрав дома и земли. А на их место заехали новые хозяева — опричники. Личная гвардия царя. Тысяча человек, которые могли всё.

И жили они как раз там, где до этого выли царские псы. На Собачьей площадке и вокруг неё. Совпадение? Едва ли.

Собачья голова как пропуск

Символ опричника известен каждому, кто хоть раз открывал учебник истории: метла и собачья голова у седла. Метла — чтобы выметать измену. Собачья голова — чтобы выгрызать крамолу, верно служа хозяину.

Так что Собачья площадка получила второе, зловещее значение. Здесь жили «государевы псы». Опричники. Люди, которые по первому царскому слову выезжали ночью, чтобы схватить, пытать, казнить. И возвращались сюда, на Арбат, снимать окровавленные кафтаны.

Сами себя они называли верными слугами. Москва звала их по-другому. И хорошо понимала: если свернул в опричные земли, где на заставах скалятся всадники с собачьими мордами у стремян — назад можно не вернуться.

Как это выглядело на самом деле

При Иване Грозном никакой «площади» там не было. Стояли деревянные избы, псарни с загонами, наскоро срубленные дома опричников. Грязь, лай, запах конского пота и прелой шерсти. Обычная окраина, которую царь превратил в крепость.

Тот самый ровный пятачок, который позже назовут Собачьей площадью, оформится только через двести лет, при Екатерине. К тому времени опричнина давно сгинет вместе с Грозным. Псарни переедут или исчезнут. А название останется. Москвичи просто привыкли: это место — Собачье.

Долгая жизнь короткого названия

Удивительно, но площадка просуществовала до середины XX века. Здесь стояли дворянские особняки, жили герои 1812 года, ходили трамваи. В переулках звучала музыка, шла обычная московская жизнь. И только старые дома помнили, как по этой земле скакали опричные гонцы.

А потом пришли шестидесятые годы. Москву решили перестроить на современный лад. Собачью площадку вместе с десятками старых переулков снесли подчистую — в 1965—1968 годах. На их месте вырос Новый Арбат, широкий, шумный, с домами-книжками.

Сейчас на карте Москвы нет Собачьей площадки. Но любой, кто выйдет из метро «Арбатская» и направится к высотке МИДа, будет стоять там, где когда-то выли царские псы и пировали всадники с собачьими головами.

Странное место. Страшное название. И очень долгая память.