Без автоматов и жетоны в кармане: как работала оплата в метро Москвы до турникетов

Метро запустилось 15 мая 1935 года под звуки оркестра и с толпами восторженных москвичей. Первый билет стоил 50 копеек — сумма, равная паре батонов хлеба или обеду в столовой.

Эти билеты печатали на плотной бумаге или картоне, с красивым рисунком вагона и надписью "Метрополитен имени Л. М. Сталина". Красные продавали на станции "Сокольники" для поездок в центр, желтые — обратно.

Пассажиры подходили к окошечкам касс, где кассиры вручали их за звонкую монету, а потом шли к контролерам у входа.

Контролер брал билет, проставлял круглый штамп с датой и временем — билет "оживал" на 35 минут. Без штампа он был бесполезен. В вагонах проверяли снова, и если дырочка отсутствовала, штраф или прогул пешком.

Это создавало живую атмосферу: очереди, разговоры, редкие скандалы с "зайцами".

Цены плясали, как на ярмарке

Уже осенью 1935-го цена рухнула до 30 копеек — власти хотели набить поезда народом, чтобы метро окупилось. Москвичи вздохнули с облегчением: теперь поездка стоила как пачка сигарет.

Во время войны, с 1941 года, тариф подскочил до 40 копеек из-за инфляции и дефицита бумаги. Люди экономили, покупая билеты "туда-обратно" — один кусочек картона с двумя частями, чтобы не бегать дважды к кассе.

Абонементы появились для постоянных пассажиров: рабочие, студенты, льготники. Они стоили чуть дешевле — за месяц поездок платили как за 25 разовых.

В билете клеили фото владельца, чтобы не подделывали. Эти проездные спасали от ежедневных очередей и были предметом зависти.

Контролеры — стражи подземки

Без турникетов вся надежда была на людей в форме. Контролеры стояли цепью у эскалаторов, дырявили билеты специальными машинками или отрывали уголок.

В пиковые часы они работали в две смены, ловя хитрецов, которые пытались проскочить с чужим билетом или вовсе без него. Бывали случаи, когда "зайцы" прыгали через ограждения или уговаривали контролера "по-человечески".

В вагонах патрулировали ревизоры с фонариками — проверяли штампы под лампочками. Штрафы были солидные: от 5 рублей, что равнялось недельной зарплате уборщицы.

Но система не была идеальной: в спешке кто-то проскакивал, а контролеры уставали от бесконечного потока.

Первые шаги к машинам

Турникеты маячили на горизонте, но не сразу. В октябре 1935-го на "Кропоткинской" поставили эксперимент: автомат принимал 30-копеечные жетоны и пропускал.

Москвичи ахнули — будущее! Но жетоны терялись, автомат ломался от грязи и вандалов. В 1952-м на "Красных Воротах" попробовали снова: металлические турникеты с монетоприемником. Пассажиры толкались, монеты застревали, и эксперимент заглох.

Полноценные турникеты с жетонами вошли в моду только к концу 1950-х, когда метро разрослось. До того подземка жила по-человечески: с кассирами, дырочками в билетах и строгим взглядом контролера.

Эта эпоха закончилась, но воспоминания о ней греют — метро было не просто транспортом, а целым спектаклем с живыми героями.