«Заколдованное место»: в 30 км от Кремля есть деревня из средних веков — не по своей воле

В 30 километрах от Кремля, где гудят электрички и мчатся составы скоростных поездов, притаилась деревня, словно из другого мира.

Новокурьяново — это клочок земли, полностью окруженный экспериментальным железнодорожным кольцом ВНИИЖТ, построенным еще в 1930-х для испытаний локомотивов. Жители здесь живут в своем ритме, отрезанные от московской суеты барьером из рельсов и шпал.

Как деревня попала в ловушку поездов

Все началось в 1930-х, когда старое Курьяново с сотней дворов снесли ради станции аэрации — огромных очистных сооружений. Местных переселили внутрь кольца, которое достроили в 1932 году: 12 километров путей, по которым гоняли вагоны на предельных скоростях.

Дома разбирали по бревнышку и ставили заново, чтобы не мешать экспериментам. В 1949-м процесс повторился — еще одна волна переселенцев из-за новых строек.

К 1984 году деревню официально включили в Москву, район Южное Бутово, а потом и в Щербинку. Но коммуникации так и не дотянули: ни газа, ни труб с теплом.

Улицы переименовали в Железногорские — в честь курского городка, — всего семь штук, и около сотни домов стоят до сих пор.

День за днем без благ цивилизации

Четыреста жителей, в основном пенсионеры, держатся за свои участки крепко. Печи топят дровами или углем — зимой дым валит столбом, а запах сосны разносится по округе.

Воду носят из колонок и колодцев, канализации нет, туалеты на улице. Школа закрылась годы назад, магазин отсутствует, медпункт — миф. Поезда ревут круглосуточно: днем — гул колес, ночью — свистки, а зимой эхо усиливается от снега.

Местные привыкли, даже шутят, что это бесплатный будильник. Огороды цветут, куры гребут землю, а новые коттеджи иногда вырастают среди старых изб — смельчаки рискуют, хотя землю официально не зарегистрируешь.

Узкий коридор в большой мир

Выход один — Железногорский проезд под бетонным мостом через пути. Тоннель низкий, машины еле пролазят, пешком удобнее. Общественный транспорт не заезжает, ближайшая остановка в трех километрах у поворота.

До метро Щербинка или электрички — тропинка через поле или хребет по насыпи. Спецмашины иногда мелькают у колонок — проверяют, все ли живы. Дети уезжают учиться в город, молодежь убегает, но старики остаются: "Здесь воздух чистый, а в многоэтажках — клетка".

Будущее под вопросом

Годами говорят о расселении — то ветхие дома под снос, то полигон модернизируют для гиперлупов или сверхскоростных тестов. ВНИИЖТ все еще работает, испытывает вагоны для метро и РЖД.

Но жители упираются: продают яблоки с участков, держат скотину. Новые заборы растут, а старые яблони плодоносят. В этом замкнутом круге время течет иначе — без пробок и новостей, с грохотом колес на горизонте. Новокурьяново держится, как крепость посреди ревущего железа.