Маяковский, Есенин и Пастернак на 270 метрах: этот переулок — литературная Мекка Москвы

В Москве, между шумной Тверской и не менее оживленной Малой Дмитровкой, затерялся крошечный Настасьинский переулок.

Его длина — всего 270 метров, но этого пространства хватило, чтобы вместить в себя царский размах, поэтические бунты, театральные премьеры и добрую дюжину городских легенд.

Это не просто переулок в центре, а настоящий портал в старую Москву, где за каждым фасадом скрывается целый роман.

Имя в веках

Своим названием переулок обязан княжеской семье Волконских. В восемнадцатом веке здесь владел домом князь Сергей Федорович, а его жену звали Настасьей.

Имя супруги настолько приросло к месту, что вытеснило официальное название. В девятнадцатом веке была предпринята попытка переименовать его в Медвежий переулок, но история распорядилась иначе.

Название «Настасьинский» вернулось и закрепилось навсегда, сохранив в себе отпечаток той самой человеческой, домашней Москвы, которая так контрастирует с безликими проспектами.

Сказочный ларец для займов

Главное украшение переулка и его архитектурная доминанта — здание под номером 3. Это Российская ссудная казна, построенная в 1916 году.

Проект для нее создал архитектор Владимир Покровский, которого называли главным сказочником русской архитектуры. Император Николай II лично утверждал эскизы, и здание должно было стать символом надежности государственных финансов.

Получился не просто ломбард, а настоящий терем-ларец. Фасады облицованы «бриллиантовым рустом» — так камни обрабатывают, чтобы они казались драгоценными.

Вход украшает шатровая сень, а над всем этим великолепием возвышается изящная башенка со шпилем. На центральном фасаде красуется рельеф Георгия Победоносца.

Чтобы стены этого здания стояли века, строители, по слухам, добавляли в раствор яичные белки вместо воды. Байка это или нет, но здание пережило революцию, войны и смену эпох, продолжая и сегодня служить Банку России.

В ближайшее время его ждет масштабная реставрация, после которой внутри появится культурно-просветительский центр.

Битва поэтов в «Кафе»

Однако Настасьинский помнит не только имперскую серьезность. В доме номер 1, ровно в 1917 году, закипела жизнь совершенно иного толка. Там открылось легендарное «Кафе поэтов».

Выдумал его футурист Василий Каменский, а расписывали интерьеры сам Маяковский и его друзья-художники. Стены пестрели причудливыми рисунками и лозунгами, а по вечерам на сцене царил настоящий хаос творчества. Здесь читали стихи Маяковский, Бурлюк, Хлебников и Северянин.

Это было место силы литературного авангарда, место, где рождались новые ритмы и разбивались старые формы. К сожалению, процветало это кафе недолго. Уже в апреле 1918 года оно закрылось, оставив после себя лишь память о золотом, хоть и коротком, веке русского футуризма.

Театр и звездные квартиры

Немного дальше, в особняке под номером 5, в начале прошлого века работал студийный театр имени Веры Комиссаржевской. Этот театр стал кузницей актерских талантов.

Именно здесь делали свои первые робкие шаги на сцене Игорь Ильинский и Михаил Жаров, чьи имена позже прогремели на всю страну. Сегодня в этих стенах находится гостиница, но если присмотреться, в их облике до сих пор угадывается театральная изысканность Серебряного века.

Что касается жителей, то переулок всегда был лакомым кусочком для творческой интеллигенции. В доме номер 2 бок о бок жили Константин Симонов, Сергей Есенин, Валерий Брюсов и Борис Пастернак.

Здесь же, в двадцатых годах девятнадцатого века, снимал комнату великий польский поэт Адам Мицкевич. А в доме номер 4 обитал известный живописец Витольд Бялыницкий-Бируля.

Ритм этого места задавали не чиновники и купцы, а поэты, музыканты и художники, которые превратили обычный московский переулок в литературную Мекку.

Магия одного квартала

Настасьинский переулок — идеальное место для прогулки. Здесь не нужно специально искать достопримечательности, они сами вырастают на пути.

Царский ломбард соседствует с богемной историей, а тихие дворы хранят тени великих поэтов. Это то самое место, где один шаг от Тверского бульвара переносит человека в совершенно другую эпоху, где время течет медленнее, а воздух кажется спрессованным из стихов и театрального грима.