Пить можно, шуметь нельзя: в Москве 1738-го песня могла закончиться арестом

Вы думаете, шумная компания под окнами — это изобретение XXI века? В XVIII столетии за пьяные песни можно было не просто получить замечание, а оказаться в полиции. И всё — по указу императрицы.

20 февраля 1738 года кабинет Анна Иоанновна распорядился: «дабы пьяные по улицам не вздорили и песен не пели, а которые будут, то велеть таких ловить и приводить в Полицию». Формулировка сухая, но за ней — суровая реальность городской жизни.

Поймать и наказать

В XVIII веке пьянство считалось не столько личной слабостью, сколько угрозой порядку. Пьяный человек на улице — это драка, скандал, шум, возможное преступление.

Наказания были простыми и жёсткими:

• арест до вытрезвления;
• штраф;
• телесные наказания;
• для военных — гауптвахта;
• для крепостных — наказание по распоряжению хозяина.

Городская полиция Петербурга и Москвы регулярно получала указания «пресекать бесчинства». И это были не редкие акции, а системная практика.

Государство против пьянства — и за него

Но есть парадокс. Пока власти ловили поющих на улицах, казна зарабатывала на алкоголе огромные деньги.

Ещё со времён Иван IV существовала кабацкая система — продажа алкоголя находилась под контролем государства. В XVIII веке «питейные сборы» приносили до 20—30% бюджета.

То есть запретить — нельзя. Но и терпеть уличный хаос — тоже.

Борьба велась не с водкой, а с последствиями.

Бунты и монополии

В XIX веке проблема только обострилась.

В 1858—1859 годах произошли «питейные бунты» — крестьяне громили кабаки в знак протеста против винных откупов.

В 1894 году при Александр III ввели государственную винную монополию. К концу века доходы от алкоголя составляли уже до 40% бюджета империи.

Получается странная картина: чем больше страна боролась с пьянством, тем сильнее зависела от него финансово.

Сухой закон и новая реальность

В 1914 году при Николай II ввели «сухой закон» — в условиях Первой мировой войны продажу крепкого алкоголя практически остановили.

Эффект был кратковременным. После революции ограничения смягчились.

А в 1985 году уже при Михаил Горбачёв началась масштабная антиалкогольная кампания: ограничили часы продажи, вырубали виноградники, закрывали магазины. Потребление снизилось, но бюджет потерял миллиарды.

Что на самом деле показывает указ 1738 года

Тот самый документ Анны Иоанновны — не просто историческая деталь. Он показывает логику власти: не запрещать алкоголь полностью, а держать общество под контролем.

Можно было пить. Но нельзя было шуметь. Можно было веселиться. Но не на улице. Можно было зарабатывать на кабаках. Но не терпеть беспорядок.

И если сегодня максимум — это жалоба в чат дома, то в 1738-м всё заканчивалось куда быстрее и куда строже.