Умер в разгар Олимпиады: как власть замолчала смерть Высоцкого, а Москва рыдала

Двадцать пятое июля 1980 года стало черной датой в истории отечественной культуры. В разгар московской Олимпиады, когда столица была переполнена иностранными гостями, ушел из жизни Владимир Высоцкий. Сорок два года — возраст, в котором гений только набирает высоту.

Официальная машина пропаганды отреагировала гробовым молчанием. Лишь две газеты — «Вечерняя Москва» и «Советская культура» — опубликовали скупые некрологи, спрятанные на последних полосах. Телевидение и радио сделали вид, что ничего не произошло.

Но Москва знала. Несмотря на Олимпийские игры и усиленные меры безопасности, тысячи людей стихийно потянулись к театру на Таганке и затем к Ваганьковскому кладбищу. Люди плакали, прощались с кумиром, которого власть так и не признала при жизни. Похороны превратились в грандиозный акт народного неповиновения.

Ирония судьбы: пока чиновники замалчивали потерю, голос Высоцкого уже звучал в тысячах магнитофонных катушек, становясь бессмертным.