Мебельный бум на Ленинском в Москве: что продавали в советской «Икее»

Румынские гарнитуры за 900 рублей и многое другое.
В семидесятые годы Ленинский проспект в Москве превратился в настоящую Мекку для тех, кто мечтал о новой стенке или диване.
Дом мебели под номером 101 стал легендой — огромным магазином, где собирались толпы людей с надеждой урвать кусочек домашнего уюта в эпоху дефицита.
Здание открылось в 1967-м и сразу завоевало статус архитектурной жемчужины на фоне типовых домов.
Гигант с витринами на проспекте
Это был прямоугольный многоэтажный комплекс площадью под пять тысяч квадратных метров, с фасадом, уставленным витринами прямо у проезжей части.
Прохожие невольно замедляли шаг, разглядывая манекены с гарнитурами и мягкой мебелью за стеклом. В 1972-м его даже запечатлели в наборе открыток "Новая Москва" — так высоко ценили современный дизайн.
Панельное строение 1968 года выглядело солидно, без лишних изысков, но с четкими линиями, которые подчеркивали статус важного торгового узла.
Что гремело на полках и в очередях
Ассортимент поражал воображение: стенки из мореного дуба, полные гарнитуры с обеденными столами и стульями, спальни с массивными кроватями и тумбочками.
Часто привозили румынскую мебель — качественную, с богатой резьбой, которая казалась роскошью. Один такой комплект — стенка, стол на шестерых стульев и спальня — уходил за 900 рублей, что было по карману средней семье.
Советские диваны-уголки, шкафы и комоды тоже разлетались мгновенно.
Люди приезжали целыми семьями, брали талончики и ждали часами, чтобы потрогать ткань обивки или примериться к креслу.
Очереди как стиль жизни
Открытие магазина совпало с мебельным голодом в столице — всего около 70 точек на весь город, а спрос огромный. Толпы выстраивались с утра, особенно когда поступала импортная партия.
В перестройку директор пошел ва-банк: пустил кооперативы с румынскими поставками, и тогда вагоны мебели заполонили товарные станции. Деньги текли рекой, фабрики в Румынии выживали на этих заказах.
Покупатели уходили с покупками на грузовиках, а магазин стал символом эпохи — места, где мечты о собственном доме обретали форму.
От советского гиганта к мебельной империи
К девяностым Дом мебели на 101-м эволюционировал. Здесь стартовала история "Трех китов" — Сергей Зуев, используя склады магазина, наладил импорт и понял, что пора расти.
Румынская мебель дала стартовый капитал, а площадка на Ленинском стала трамплином для огромных ТЦ за городом. Концепция готовых комнат — вся гостиная в одном месте, от гарнитур до посуды — родилась именно здесь, задолго до IKEA.
Даже Михаил Боярский снимался в рекламе для мебельных фирм тех лет, подогревая ажиотаж.
Сегодня в том здании другие арендаторы, но воспоминания о временах, когда мебель покупали как сокровища, живут в старых фото и рассказах.
Ленинский, 101 навсегда остался частью московского фольклора — о том, как простые москвичи обставляли дома под звуки очередей и гула проспекта.