«Всё чужое, уродливое»: Москва стёрла с карты целый город

Старожилы не могут отпустить прошлое и простить настоящее.
Люблино когда-то стоял отдельно от Москвы, с собственной жизнью, заводами и даже железной дорогой. Теперь это шумный район на юго-востоке столицы, где старые дома уходят под бульдозеры реновации.
История этого места тянется с XVII века, а конец его самостоятельности пришел в 1960 году.
От пустого поля к боярским владениям
В конце XVI века на месте будущего Люблино существовало село Юркино — обычное подмосковное поселение. Смутное время опустошило эти земли, и к 1622 году они лежали заброшенными.
Тогда царь Михаил Федорович отдал их подьячему Григорию Ларионову. Новый хозяин быстро обустроил усадьбу: уже в 1623—1624 годах там появились постройки. В 1680 году село перешло к стольнику Григорию Годунову, одному из последних в роду знаменитых бояр.
С тех пор оно стало называться Годуново. Годуновы владели им недолго — через брак дочери Аграфены оно ушло к Прозоровским, а потом к другим дворянам.
К началу XVIII века название сменилось на Люблино, и село обосновалось у речки Пономарки, позже названной Чурилихой.
Усадьба, где жили русские Гэтсби
Усадьба Люблино выросла в полноценный ансамбль в стиле русского классицизма. В начале XIX века здесь правил Николай Алексеевич Дурасова — богатый богач, прозванный "русским Гэтсби" за роскошный образ жизни.
Он заказал миниатюрную виллу в парке — необычное здание с колоннами и изящными деталями, которое сохранилось до сих пор. Усадьба включала главный дом, флигели и парк с прудом. Земли вокруг были обширными, а село жило тихо, в тени Москвы.
Железная дорога меняет всё
Прорыв случился в 1860-х: через Люблино прошла Курская железная дорога. В 1870 году открыли полустанцию, и поселок потянулся к рельсам. Дачники хлынули сюда — свежий воздух, речка, удобное сообщение с центром.
К концу XIX века Люблино превратилось в популярное место отдыха москвичей. Вокруг выросли деревянные домики, коттеджный поселок и даже первые фабрики.
Население росло, а в 1925 году поселок официально стал городом Люблино с почти 86 тысячами жителей к 1960 году.
Рабочий рай 1930-х
Советская власть сделала Люблино промышленным центром. В 1931 году запустили Люблинский литейно-механический завод — он снабжал запчастями железную дорогу.
Рядом выросли мастерские, бараки для рабочих и коттеджный поселок строителей. Появились пятиэтажки-сталинки 1930-х с балконами, украшенными звездами, и клуб имени III Интернационала.
Деревянную церковь Петра и Павла в 1927 году разобрали и увезли в село Рыжово — так ее спасли от разрушения. Город бурлил: завод гудел, поезда стучали, люди селились в новых домах.
Поглощение Москвой и забвение
В 1960 году Люблино включили в черту Москвы, а в 1968-м сделали Люблинским районом. Самостоятельный город исчез, но улицы, заводские цеха и старый фонд остались.
Клуб опустел, от завода сохранились кирпичные корпуса и пути. Реновация ускорила стирание прошлого: с 2017 года снесли 25 домов, расселили более 30 тысяч человек из 152 зданий.
В 2024-м демонтировали кварталы на Краснодонской, а в 2025—2026 годах под нож пойдут сталинки 1930-х на Люблинской — с годом постройки на фасаде и фанерой в окнах.
На их месте вырастут новостройки за миллиарды рублей. Жители пытаются сохранить память: предлагают назвать новые улицы в честь старого Люблино. Но бульдозеры не ждут — район меняется, а с ним уходит эпоха.
«С какой легкостью в России уничтожают историческое архитектурное наследие, замещая его безликими коробками».
«Если бы люди из прошлого попали в наше время, они бы ужаснулись, какими стали их родные места».
«Смотрю старые фотографии и завидую тем людям, что жили в 50- 60 годах. Люди жили с уверенностью в завтрашнем дне и верой в светлое будущее... А Люблино уже не то, что было».
«Раньше было красивее».
«Мне 70 лет, всю жизнь прожил в Люблино. До 1961 года это был подмосковный город. Имел свой неповторимый архитектурный облик».
«Не могу смотреть, особенно улицу Люблинскую с ее домами тридцатых годов. Она была светлая, с каким-то своим колоритом. Что с ней и со всем районом сделали — это просто преступление. Застроили дешевыми новостройками, снесли все, что составляло хоть какую-то ценность старой Москвы».
«Нет больше моего родного Люблино, всё чужое, уродливое и отвратительно гадкое».